Информационно-аналитический центр "Ракурс"
 

№173 Сентябрь 2014

№ 102

Независимая правозащитная газета Учредитель - Дагестанская региональная общественная организация Информационно-аналитический Центр «Ракурс», г. Махачкала.

Скачать полную версию в pdf-формате.

 

«Континенталь». Случайные сюда не попадут

 Одна из самых обсуждаемых на сегодня тем – как преодолеть правовой нигилизм, поднять уровень нашей республики до европейского. 

 Об этом наша беседа с доктором юридических наук, заслуженным юристом РД А. Б. Айгуновым. 
- Абакар Буттаевич, вы стали директором филиала МПК «Континенталь». Расскажите, что это за компания?
- МПК «Континенталь»-НП учреждена по согласованию с гражданами Абхазии, Белоруссии, Бельгии, Голландии, Германии, Италии, ОАЭ, Чехии, Словакии, Франции, Южной Осетии, России. 
Целевая программа «Континенталя» заключается в обеспечении и защите прав и свобод человека и гражданина в РФ. Рассчитана на 2012-2016 годы в соответствии с Европейской конвенцией о Защите прав человека и основных свобод.
- Это, так сказать, задача максимум. А чем вы будете заниматься каждодневно?
- Рассматривать частные жалобы граждан и споры между юридическими и физическими лицами в составе третейского суда.
- В том числе и имущественные?
- Совершенно верно. У «Континенталя», помимо правозащитной, есть еще такие функции, как альтернативное судопроизводство (арбитраж), ювенальная, межэтническая, миротворческая деятельность. 
- Напомните, пожалуйста, чем третейские суды отличаются от государственного арбитража, какие у них преимущества?
- Третейские суды в России существуют более 20 лет и успешно работают во многих регионах. В Минюсте и Минэкономразвития России считают, что до 2016 года 85% экономических споров между хозяйственными субъектами должны рассматриваться третейскими судами. 
Как вы знаете, в связи с вступлением в ВТО Россия обязалась привести национальное законодательство в соответствие с нормами международного права. Практика рассмотрения имущественных споров в третейских судах подтвердила преимущества перед арбитражем в процедуре разбирательства и времени разрешения спора. Это и возможность выборности третейских судей, и приоритет соглашения сторон над правилами третейского суда. Кроме того, быстрота решения спора по упрощенной, но законной форме (не более 3 месяцев) с момента формирования состава арбитража. И это все при наличии конфиденциальности, законодательных гарантий принудительного исполнения решения третейского суда беспристрастности и независимости судей от госорганов.
- Кто же может быть третейским судьей?
- Полномочиями судей наделяются специалисты с высшим образованием, юристы, экономисты, аудиторы, технические работники, имеющие опыт профессиональной деятельности в области сельского хозяйства, строительства, торговли, транспорта. Могут быть эксперты в области медицины, бухгалтеры, т.е. специалисты в той сфере, которой качается жалоба или спор. Именно в этом преимущество третейского разбирательства.
- Абакар Буттаевич, как будете подбирать людей, по каким критериям? 
- Прежде всего - честность, порядочность, неподкупность, независимость и профессионализм. Случайные люди к нам не попадут, мы будем их подбирать по своим принципам.
 - А как формировались Ваши принципы? 
- Я работал на заводе «Дагдизель» токарем. Сочли, что я достоин работать в правоохранительных органах, направили на учебу. После обучения уехал в Краснодарский край. Потом лет десять работал в Ростовской области, Астрахани. Окончил академию МВД СССР в Москве. В 1980 году перевелся в Дагестан старшим инспектором УУР по ОВД в отделе «А». Моими учителями были И. Д. Титаренко, Е. В. Полунин. Потом и сам стал наставником. Среди моих учеников - трагически погибший министр ВД РД Адильгерей Магомедтагиров, пятеро работали замминистра, два Героя России и 15 начальников отделов. В 2002 году открыл благотворительный фонд, оказываю помощь семьям участников боевых действий на Северном Кавказе. В последние 10 лет специализируюсь на экономических делах, участвовал в арбитражных судах в Махачкале, Ставрополе, Краснодаре и Ростове.
- Что–то рано Вы ушли в запас…
- Если честно, тогда многие уходили, особенно опытные оперативники, следователи, не согласные с политикой руководства МВД, беспомощного перед лидерами национальных движений, подставляющего подчиненных. 
В тот период в органах работало много порядочных оперов, профессионалов. В основном убийства раскрывались, не было похищений людей, экстремизма. Все началось именно в 90-е годы. МВД превратился в какой–то синдикат, кооператив, все продавалось: должности, звания, переводы по службе. Выживая честных оперов и сотрудников, на их места принимали по звонкам лидеров национальных движений, их людей, скомпрометировавших себя, даже после отбытия наказания (5-7-10 лет в местах лишения свободы). Сотрудники восстанавливались, хотя были осуждены за убийства, хулиганства, взяточничество и т.д. 
Во властные структуры, в органы, в депутаты полезли воры в законе, подучетные, блатные, люди случайные, но «денежные», изменились ценности и взгляды на жизнь.
 Все началось с этого, и мы сегодня пожинаем плоды тех лет. Пример. Один полковник милиции убил майора, своего подчиненного. Вызвав его на драку, вытащил табельный пистолет и выстрелил. Отсидев девять лет, вернулся и восстановился на службе, снова надел форму, а позже ушел на пенсию, получив еще и компенсацию от государства. 
- Вот Вы работали начальником уголовного розыска, были начальником ГОВД в Каспийске, Махачкале. Как по Вашему, что мешает сегодня раскрывать резонансные преступления? 
- Скажу так – не бывает нераскрываемых убийств, их не существует по определению. Раз факт налицо, значит, есть причастное лицо. Ищите причины, мотивы, способы и т.д. Надо работать и работать. В тот период сотрудники думали об одном: как преступление раскрыть. Нам в голову не приходило продавать информацию, скрывать ее, «вешать» на невинных убийства.
Когда хотят, могут раскрыть, двух мнений тут быть не может. Помните, опера из Москвы, молодые парни, раскрыли десятки убийств, полсотни изнасилований, грабежей и разбоев в станице Кущевской Краснодарского края, где народ боялся заявлять властям, милиции. Люди не верили никому, все было схвачено до верхушки краевой власти в преступной связке. 
- А как быть с коррупцией, есть против нее средство?
- С коррупцией надо бороться не снизу, а сверху, начиная с высоких чиновников. А мы что видели долгие годы? К примеру, ушли в песок средства, выделенные на программы «Горы», «Развитие спорта в РД», «Дотационные», «На переселение» и т. д. Двадцать лет из выделяемых средств 70 процентов «скромно» похищались, с откатами московским контролирующим органам. Выдавая желаемое за действительное, говорим одно, делаем другое, потому и топчемся на месте, вся страна - большая Кущевка. Помните группу Гдляна и Иванова? Важную роль в ликвидации коррупции в Средней Азии сыграл рядовой опер, владевший богатой информацией.
- Работая в центре, куда стекалась информация, вы, наверное, владели богатой оперативной информацией по республике?
- Да, владел. Она уже устарела и давно «похоронена». Подучетные и блатные стали крутыми и недоступными, «очистив» прошлое, полезли во власть. Сегодня многие из них - олигархи, министры, у них объекты недвижимости, заводы, предприятия, рестораны, автозаправки и т.д., они «элита» современного общества. Знание, опыт, порядочность ушли на второй план, главное - деньги, кланы, тухумы, толкачи. Многие сотрудники в тот период двурушничали, потому и лишились самого ценного - жизни... Нельзя работать на два фронта. Если ты дал присягу быть честным и служить народу - надо быть таким.
- А Вы не боитесь высказываться в такой резкой форме?
- Знаете, я хорошо знаком с законами преступного мира, там, хотя живут по понятиям, лучше относятся к людям порядочным, ценят справедливость. Надо идти от преступления к преступнику, а у нас все наоборот. Хватают кого–нибудь и начинают всякими методами доказывать его причастность. А если это не он? Знаете, сколько погублено жизней? Надо искать, что побудило к совершению преступления, какие были предпосылки, нет ли мести, провокации, «подставы». Отношение к людям должно быть человечнее. В органы должны идти, чтобы служить народу, а не начальству. А мы что видим? Ради своих амбиций, корыстных целей иные сотрудники ломают жизни молодым парням, порой недозволенными методами - подбрасывая оружие или наркотики. Забывают, что кара за это неминуема. В те годы такой метод процветал повсеместно. Многие работники за это и поплатились.
- А с нынешним министром внутренних дел не работали вместе?
 - Я с ним не работал, но знаю его как практического работника. Он снизу до верха прошел все ступени милицейской работы, не раз встречался лицом к лицу с опасностью, не отсиживался в кабинетах. Работал на разных должностях оперативно-начальствующего состава, грамотный в прошлом следователь, достойный руководитель. Мемуары о «подвигах» милицейских не пишет. Очень скромен, не националист. Успехов ему.
- Намерены ли Вы работать в контакте с правительством, помогать главе республики? 
- Само собой, хотя думаю, они не нуждаются в моей помощи. У них свои помощники. Глава республики - человек грамотный, образованный. Я с удовольствием прочитал его книгу « Афоризмы на каждый день» еще до того, как он занял этот пост. Рамазан Абдулатипов пользуется уважением, не запятнан. Мои пожелания: почаще оглядываться, кто его окружает, как они ведут себя, не компрометирует ли тебя свита, используя доверие.
Как говорил Конфуций, народ копирует вождей, и чтобы его покорить, надо окружать себя честными и порядочными людьми, дать им волю, и народ поймет правителя правильно. Если мы хотим, чтоб нас понимали, мы должны быть доступны. Как добиться, чтоб народ был почтителен, предан, воодушевлен? Будь с ним серьезен, соблюдай долг сына и отца, возвысь способных и честных. Слова Конфуция и сегодня не утратили актуальность. 
Думаю, что жить мы должны с каждым днем лучше. Наш комитет намерен работать в правильном направлении, опираться на опытные кадры, способную молодежь. 
 
Беседу вела 
Тагират Гасанова