Информационно-аналитический центр "Ракурс"
 

№163 Май 2014

№ 102

Независимая правозащитная газета Учредитель - Дагестанская региональная общественная организация Информационно-аналитический Центр «Ракурс», г. Махачкала.

Скачать полную версию в pdf-формате.

 

Поет Валерий Сатыбалов

Поет Валерий Сатыбалов. Эта фраза в прежние времена часто звучала в передачах Дагестанского телевидения. Потом Валерий исчез с экранов. А как-то вдруг я неожиданно встречаю его в клубе «Данеси». Все тот же голос, та же спокойная манера исполнения. Вот только опыта прибавилось.
Мы разговорились.
А. Ю.: Валерий, ты давно не появлялся на экране. С чем это связано?
В. С.: Я уезжал, меня не было в Дагестане.
А. Ю.: Но ты ведь коренной дагестанец?
В. С.: Да, я вырос в Хасавюрте.
А. Ю.: И когда же начал петь?
В. С.: Я пою лет с 15-ти. Начинал в ВИА «Орфей»
А. Ю.: О, это был популярный коллектив! Могу это подтвердить, в то время я был музыкальным редактором нашего телевидения. А потом? В 15 лет ты был еще школьником.
В. С.: Моей первой передачей стала «Мы ищем таланты».
А. Ю.: Была такая передача…
В. С.: Я занял тогда третье место, и такой расстроенный был – почему не первое? Вроде бы радоваться надо было…
А. Ю.: …призовое все-таки.
В. С.: Да. Я смирился с этим. Продолжал петь. Когда приехал из армии, вернулся в свой «Орфей», и уже всегда побеждал.
А. Ю.: Но это не сразу стало твоей профессией?
В. С.: Это было в те времена, когда была художественная самодеятельность, агитбригады. Клуб консервного завода в Хасавюрте был тогда одним из ведущих клубов города. Вернусь чуть-чуть назад. Я был хулиганом.
А. Ю.: Да ну?
В. С.: Это не записывай. После восьмого класса я пошел на завод работать. Я приходил на репетиции оркестра, руководитель заметил мой интерес, и взял меня.
А. Ю.: Так вот, потом ты куда-то исчез…
В. С.: Я одно время забросил музыку. На свадьбы я никогда не ходил петь. А в 90-х всем стало как-то не до самождеятельности, потом я уехал, жил в Пятигорске. И вот вернулся, продолжаю петь.
А. Ю.: Валерий, у нас с тобой есть возможность сравнивать эстраду тех лет, и лет нынешних. В чем, на твой взгляд, разница?
В. С.: Разница в том, что тех лет эстрада была «живая». А сейчас электронное все, все компьютерное. Мало того, сплошная «фанера». Никто не хочет петь вживую. Это называется шоу-бизнес, они на этом деньги зарабатывают. И даже на малых площадках, даже в ресторанах.
А. Ю.: С одной стороны, да, все эти спецэффекты, компьютерная графика, лазеры и прочее создают зрелищность, но с другой слушаешь, и думаешь – насколько же все искусственно…
В. С.: Многие наши певцы не умеют петь вживую. И даже не из-за голоса. Нотную грамоту не знают!
А. Ю.: В 20-30-е годы артисты (великие артисты!) пели в микрофоны, которые в трамваях использовались. Но как пели! Сегодня микрофон – техническое чудо. Но нет душевности, исполнения, которое от сердца шло…
В. С.: В свое время мы вообще без микрофонов пели. Свой первый микрофон я купил у Рашида Бейбутова за 70 рублей, такой радостный был…
А. Ю.: А кто из наших исполнителей был для тебя кумиром?
В. С.: Для меня всегда кумиром был и остается Муслим Магомаев. В 15 лет с моим детским голосом петь его песни было сложно. Но все же… Первая песня, которую я решился спеть из его репертуара – «Лунная серенада», вторая – из к/ф «Песни моря». В 85-м году был Всесоюзный фестиваль, посвященный 40-летию победы. Я думал, что же мне взять. И целая история, как я разыскал песню Магомаева «Последний аккорд», и получил премию ВЦСПС и Диплом Союза композиторов СССР.
А. Ю.: Сегодня те, кто захотят тебя послушать, прочитав наше интервью, где это смогут сделать, где ты выступаешь?
В. С.: Пока нигде конкретно… или везде понемногу. Я готовлю концерт на 15 мая, он будет в ресторане «Царская охота». А недавно был концерт в «Кавказской пленнице».
А. Ю.: Я добавлю - твои песни звучат в нашем клубе «Данеси». Я желаю тебе вдохновения!